На данный момент в Беларуси в неволе остаются 879 политических заключенных, при этом задержания и суды по политическим мотивам продолжаются. С мая 2020 года число бывших политзаключенных составило почти четыре тысячи человек. По информации «Вясны», на данный момент помилованы около 900 политических заключенных, из них 234 человека были выдворены из страны. В то же время пытки, жестокое обращение и унизительные условия содержания остаются системными характеристиками пенитенциарной системы Беларуси. При этом давление на бывших политзаключенных как внутри Беларуси, так и за ее пределами продолжается. Правозащитный центр «Вясна» собрал известные случаи преследования бывших политзаключенных в течение 2026 года.
Юристка «Вясны» Светлана Головнева отмечает, что освобождения политзаключенных по помилованию при содействии США связаны с переговорами об ослаблении санкций, а не с более широким улучшением ситуации с правами человека. Ярким примером является случай выдающегося политика Николая Статкевича, который был таким образом помилован, но отказался покинуть Беларусь, и в итоге был снова заключен в тюрьму и оставался в тюрьме до тех пор, пока не перенес инсульт. После освобождения выяснилось, что ему запрещен выезд из страны. Его жена Марина Адамович также сталкивается с давлением и преследованием.
Ограничения и давление внутри Беларуси
Бывшие политзаключенные, которые остаются в Беларуси, продолжают сталкиваться со значительными ограничениями и преследованием. Многие остаются включенными в списки «экстремистов» или «террористов», состоят на профилактическом учете либо находятся под превентивным надзором, что влечет за собой серьезные ограничения в трудоустройстве, доступе к банковским и финансовым услугам, мобильной связи и другим сферам повседневной жизни.
В августе 2026 года инициатива Dissidentby сообщала об усилении давления на семьи бывших политзаключенных: их чаще вызывают в милицию на профилактические беседы, угрожают ограничением права на выезд из страны, склоняют к сотрудничеству.
В мае 2026 года в Гомеле бывших политзаключенных массово вызывали на «профилактические беседы», в ходе которых неизвестные лица в штатском опрашивали их о политических взглядах, голосовании, контактах за рубежом и полученной помощи.
Политзаключенные, освобожденные 19 марта 2026 года, сообщали, что они сталкиваются с обязательными регулярными отметками в милиции, строгим контролем за соблюдением установленных ограничений, а также наказаниями за их нарушение. В частности, людям грозят административной ответственностью — арестами и штрафами.
Требование трудоустроиться в короткие сроки
Кроме того, бывшие политзаключенные должны обязательно трудоустроиться в ближайшее время. От бывших узников требуют принести в управление внутренних дел справку о трудоустройстве. Но при этом людям со статусом «террориста» запрещено открывать банковский счет, а значит, невозможно получить официальную зарплату. Помимо этого, невозможно пользоваться и средствами, находящимися на уже существующих счетах, но сообщается, что есть возможность получить разрешение на использование средств в размере «бюджета потребительского минимума», но механизм его получения непрозрачен. Также бывшие политзаключенные сталкиваются с невозможностью зарегистрировать номер мобильной связи.
Как рассказывал бывший политзаключенный, если человек не может трудоустроиться самостоятельно, сотрудники милиции угрожают принудительно направить его на работу на мусорный полигон. Заработок в таком случае перечисляется на отдельный счет, а чтобы получить эти деньги, человек должен подать соответствующее заявление, рассмотрение которого может затягиваться.
Попытки вербовки
«Вясна» продолжает фиксировать факты попыток вербовки бывших политзаключенных в Беларуси. Один из помилованных бывших политзаключенных рассказал, что во время вызова на профилактическую беседу в районном отделе милиции его ждал сотрудник КГБ, который склонял его к сотрудничеству.
Также правозащитникам известно о случае, который произошел весной с бывшим политзаключенным, который только вышел из колонии, полностью отбыв срок, и находился на профучете. В один из таких визитов в милицию его вызвали к незнакомцу, который не сказал, кто он и откуда. Начал разговор с просьбы рассказать, как было в тюрьме и как сейчас на свободе. Потом начал выяснять политические взгляды и намекать на то, что хочет узнать о связях знакомого и чем тот может помочь органам.
Политзаключенные, которые после отбытия наказания были задержаны по новому уголовному делу
По информации «Вясны», по состоянию на 29 сентября 2026 года за решеткой по новым уголовным делам удерживаются 66 политзаключенных. Еще 98 человек были осуждены по новым уголовным делам и были освобождены.
Так, например, врача Руслана Бадамшина после выборов задерживали как минимум пять раз. Позже против него возбудили уголовное дело за фото с акций протеста в 2020 году в Минске. По ст. 342 Уголовного кодекса его приговорили к трем годам «домашней химии». В июне 2025 года стало известно, что Руслан снова арестован и удерживается в СИЗО № 1 по ч. 1, 2 ст. 361−4 Уголовного кодекса (Содействие экстремистской деятельности) по «делу Гаюна». В результате ему назначили два с половиной года колонии.
71-летний пенсионер Борис Витко из Ляховичей сразу был осужден за «оскорбление» барановичского судьи на два года «домашней химии». Но в 2023 году его снова задержали в рамках уголовного дела, но по уже более тяжелым статьям, среди которых — «призывы к действиям, направленным на причинение вреда национальной безопасности». В результате ему назначили семь лет и три месяца колонии. У политзаключенного есть проблемы со здоровьем. Известно, что в неволе Борис перенес инсульт.
В 2021 году Виталия Коршуна приговорили к двум месяцам ареста за «вмешательство в деятельность сотрудника внутренних дел». Зимой 2024 года мужчину снова задержали и приговорили по тяжелым статьям к семи годам колонии.
После отбытия наказания также был задержан по новому уголовному делу активист из Гомеля Станислав Мочалов. В 2021 году его приговорили к трем годам колонии за участие в акциях протеста. В декабре 2023 года Станислав вышел на свободу, полностью отбыв срок, но через год его снова задержали. Волонтера «Гомельскай Вясны» осудили по ч. 2 ст. 361−4 (Содействие экстремистской деятельности) Уголовного кодекса на четыре года лишения свободы в колонии в условиях строгого режима.
Осужден по новому уголовному делу после освобождения и Павел Чуркин. В 2021 году его приговорили к году колонии за оскорбление Лукашенко. В мае 2022 года Павел полностью отбыл наказание и вышел на свободу. В начале апреля 2024 года стало известно, что Павла задержали по подозрению в сотрудничестве с Главным управлением разведки Министерства обороны Украины. Мужчину приговорили к 10 годам колонии, обвинив его по ч. 1 ст. 361−3 УК (Участие на территории государства в вооруженном формировании или вооруженном конфликте, военных действиях, вербовка либо подготовка лиц к такому участию) и ч. 1 ст. 356 УК (Измена государству).
В 2023 году за участие в акциях протеста в Минске приговорили Дениса Цыбульского к «химии». В начале мая 2024 года стало известно, что Денис проходит по новому уголовному делу. Его обвинили по ст. 361−1 Уголовного кодекса (Участие в экстремистском формировании) и назначили пять лет лишения свободы в колонии усиленного режима.
Преследование уехавших и выдворенных бывших политзаключенных
В апреле 2026 года стало известно, что власти аннулируют паспорта политзаключенных, которых после освобождения депортировали из Беларуси в сентябре и декабре 2025 года. При этом ряду политзаключенных при выдворении сразу не вернули паспорта. Так, среди известных случаев: Алесь Беляцкий, Владимир Лабкович, Дмитрий Козлов, Эдуард Пальчис.
Так, беларусские власти признали недействительным паспорт правозащитника «Вясны» Владимира Лабковича, несмотря на то, что документ действовал до 2027 года, его официально аннулировали. Недействительным оказался паспорт и у блогера Дмитрия Козлова («Серого кота»), которого освободили и депортировали из Беларуси в сентябре прошлого года. Паспорт у него действовал до 2032 года — он его менял в бобруйской колонии в 2022 году. Паспорт основателя правозащитного центра «Вясна» и лауреата Нобелевской премии мира Алеся Беляцкого действовал до 2028 года, но власти признали его недействительным.
Новые уголовные дела и объявление в розыск СНГ за деятельность за рубежом
В мае 2026 года стало известно, что уголовное дело возбудили против бывшего политзаключенного политика и верующего Павла Северинца. Причиной стало его участие в организации мирного собрания в Вильнюсе ко Дню Воли.
Не прекращается преследование бывших политзаключенных членов «Вясны». Так, 5 августа объявили в розыск основателя «Вясны» и нобелевского лауреата Алеся Беляцкого. Карточка с его данными появилась в базе розыска МВД России. Основанием обозначено «уголовное дело», однако конкретная статья Уголовного кодекса в базе не уточняется.
21 мая 2026 года в квартире правозащитника «Вясны» Владимира Лабковича прошел обыск в рамках нового уголовного дела, возбужденного за его деятельность после освобождения. Суть обвинения и другие подробности неизвестны, предварительно — за участие в митинге в Вильнюсе, приуроченном ко Дню Воли.
В марте 2025 года стало известно, что Следственный комитет Беларуси возбудил очередное уголовное дело за «содействие экстремистской деятельности» против правозащитника и бывшего политзаключенного, приговоренного к пяти годам колонии, Леонида Судаленко. По месту регистрации в Гомеле пришли несколько силовиков и прокурор, чтобы составить акт о его отсутствии дома. Его объявили в розыск.
В апреле 2026 года стало известно, что против 26-летней выдворенной политзаключенной Анны Курис возбуждено уголовное дело по обвинению в «содействии экстремистской деятельности» — за интервью «Вясне». Также за интервью независимым медиа, включая «Вясну», по ч. 1 ст. 361−4 УК (Содействие экстремистской деятельности) возбудили уголовное дело против Павла Никитенко, которого выдворили из Беларуси 11 сентября 2025 года. Его включили в международную базу розыска.
Также в розыск объявлены бывшие политзаключенные Николай Дедок, Олег Кулеша, Алексей Романов, Александр Антонюк и другие.
Ряд политзаключенных не имеет возможности узнать точные основания нового уголовного преследования, а информация об объявлении в розыск, полученная из российских ресурсов, — единственное, что им известно.
Милиция и другие службы в Беларуси ищут депортированных
К родственникам депортированных политзаключенных, которые остались в Беларуси, приходят сотрудники милиции, разыскивая их. Как поясняет юристка «Вясны», скорее всего, это связано с тем, что бывшие политзаключенные считаются освобожденными в обычном порядке, в связи с чем в отношении них осуществляются меры профилактического наблюдения.
Некоторым депортированным по почте приходят повестки в военкомат.
Денежные взыскания продолжаются
Преследование выражается и в конфискации недвижимого имущества. В августе 2026 года на квартиру Павла Северинца был наложен арест по новому уголовному делу за выступление 25 марта 2026 года на митинге в Вильнюсе в честь Дня Воли.
В мае 2026 года квартира принудительно высланного бывшего политзаключенного Евгения Кислова арестована и опечатана Комитетом государственной безопасности.
С депортированного политзаключенного Игоря Карнея судебные исполнители требуют погашения задолженности, вероятно, за несданную тюремную форму.
Признания соцсетей «экстремистскими материалами»
Соцсети бывших политзаключенных продолжают признавать «экстремистскими материалами». Так, в мае 2026 года страница в Facebook умершего в колонии политзаключенного художника Алеся Пушкина признана «экстремистским материалом».
В апреле 2026 года «экстремистской» признана страница в Facebook Николая Статкевича, а также инстаграм-страницы Андрея Чепюка, Антонины Коноваловой и Владимира Булавского.
«Вясна» продолжает фиксировать попытки органов безопасности выйти на контакты с бывшими политзаключенными, находящимися за рубежом.
Уровень репрессий не снижается
Юристка «Вясны» Светлана Головнева отмечает:
«В целом постоянное давление на политзаключенных после их освобождения и постоянные риски снова быть задержанным показывают, что системно уровень репрессий не снижается. Часть политзаключенных освобождают в результате дипломатических переговоров, еще большая часть отбывает свои сроки наказания полностью и только потом оказывается на свободе, но под постоянным контролем. В обоих случаях преследование и давление не заканчиваются с освобождением.
Значительная часть фактов преследования бывших политзаключенных относится к категории транснационального преследования. Так, например, в случае с новым уголовным делом против Павла Северинца довольно четко мы видим, что власти Беларуси преследуют своего гражданина, находящегося в другой стране, за действия, совершенные на территории другой страны.
Власти Беларуси не обеспечивают реабилитацию, компенсацию причиненного ущерба и ресоциализацию бывших политзаключенных. Таким образом, совершенные властями нарушения прав человека не признаются ими самими нарушениями, не исправляются и не сглаживаются».