Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Пропавший в 2022 году украинский экс-депутат нашелся в Беларуси — во главе одного из заводов
  2. «Не стоит делать вид, что мы все — Там и Здесь — вместе и заодно». Большое интервью с одним из самых популярных беларусских писателей
  3. «Нет слов, одни эмоции». Минчанка искала того, кто нашел и вернул ее кошелек, а тот вдруг объявился сам и через милицию требует награду
  4. «Без паники». В парламенте заметили, что средняя зарплата «взбудоражила» людей, и бросились успокаивать — оцените, убедительно ли вышло
  5. «Знатно офигели». Карточки каких беларусских банков работают в ЕС, а каких — нет (истории тех, кто проверил это на практике)
  6. КГБ задержал группу беларусов по подозрению в сборе закрытой информации об оборонных предприятиях
  7. Для владельцев электросамокатов с 1 сентября заканчивается «амнистия»
  8. В Минске создают гигантскую сеть видеонаблюдения во дворах — на 20 тысяч камер. За чем они будут следить
  9. Холода не будет, но и летней погоды — тоже. Вот чего ждать на неделе с 31 августа по 6 сентября


Советник главы Офиса президента Украины Михаил Подоляк прокомментировал решение Пригожина вернуть свои войска в полевые лагеря и назвал Лукашенко «посредником с сомнительной репутацией».

Советник руководителя Офиса Президента Украины Михаил Подоляк, 22 ноября 2022 года. Фото: Reuters
Советник руководителя Офиса президента Украины Михаил Подоляк, 22 ноября 2022 года. Фото: Reuters

— Феноменальный выбор Пригожина… Ты почти обнулил Путина, взял под контроль центральные органы власти, дошел до Москвы и вдруг… сдаешь назад. Потому что один крайне специфический посредник с сомнительной репутацией (Лукашенко) пообещал гарантии безопасности от человека (Путина), который утром отдал приказ о твоем уничтожении. И за тот страх, который испытала путинская элита на протяжении последних 24 часов, этот приказ непременно будет выполнен… — написал Подоляк в своем Twitter.

Он добавил, что единственная польза от произошедшего — Пригожин унизил Путина, а в его лице государство, и показал, что монополии на насилие больше нет.