В сентябре этого года 37-летняя Анастасия приняла для себя поворотное решение: взяла детей, собрала вещи и переехала из Бреста в Литву. Повод — звонок из местного отделения милиции с просьбой прийти. Реакция может показаться слишком резкой, вот только сама женщина с этим не согласна: год назад ее уже судили по административному делу за «экстремизм». Наслушавшись угроз силовиков тогда, повторять этот опыт она не захотела. Анастасия рассказала «Зеркалу» о том, как сейчас себя ведут силовики и за что могут задержать.
«Тебе детей не жалко? Они сейчас в детский дом, а ты в тюрьму»
Находясь в Беларуси, Анастасия понимала, что происходит в стране. События 2020-го наблюдала своими глазами: в протестах не участвовала (была беременна младшим ребенком), но волонтерила возле Окрестина и видела, в каком состоянии оттуда выходили люди.
Когда протесты затихли, беларуска продолжила жить свою жизнь уже в Бресте, растила детей. Почти все свободное время уходило на них — вскоре после рождения младшего муж ушел из семьи. Мысли о политике отошли на второй план, предположений, что за ней могут прийти, тоже не возникало. До марта 2025-го.
Правда, изначально интерес силовиков к Анастасии вообще не был связан с политикой. Женщина вела игровые стримы, и на один из них пришла беларуска с СМА и попросила собрать ей денег «на косички» (речь о прическе, для которой все волосы заплетаются в множество мелких косичек. — Прим. ред.). Собеседница отказалась (все-таки запрос не первой необходимости), но решила объяснить зрителям, что такое СМА и почему просительница не может работать, сравнив ту с «птенчиком в яйце».
— Говорю: «Она не может ничего», — вспоминает Анастасия. — Вот я такими словами говорила, и тема закрылась. А через какое-то время мне звонят и говорят, что она (речь о женщине с СМА. — Прим. ред.) написала на меня заявление об оскорблении и нужно прийти на дачу показаний. Я уже тогда немножечко напряглась, потому что странно это все выглядит. Но думаю: «Ладно». Пришла туда — следователь (или кто со мной беседовал, они не объясняли) сказал, что состава [преступления] никакого нету, ничего не будет.
И попросил Анастасию оставить объяснения, чтобы потом отпустить. Но после, вспоминает женщина, в кабинет зашел еще один мужчина — и ситуация кардинально изменилась.
— Начинает меня запугивать: «Ты, да кто тебе дал право?» Там вроде даже и оскорбления были, я точно не помню, потому что в шоке сидела. Они знали, что у меня дети (им тогда было четыре и восемь) дома одни остались — я думала, что вышла на полчаса максимум, отделение находилось в соседнем дворе. И он начал угрожать: «Тебе детей не жалко? Они сейчас в детский дом, а ты в тюрьму. Все, давайте, изымайте у нее телефон, технику». Как будто меня уже арестовали и осудили. «Сейчас мы тебя посадим, а там клопы», «Ты вот вся такая тут сидишь красивая, а выйдешь ты уже совсем другая», — говорил что-то типа того.
В тот момент, вспоминает Анастасия, она вообще не понимала, что происходит: вроде бы только что сказали, что сейчас отпустят, а уже надели наручники и повели в камеру в РОВД. Сколько именно женщина провела там, она точно не помнит. Все это время ее просили дать доступ к телефону.
— А я не соглашалась, потому что подписки разные были, понятное дело. И я понимала, что если я дам доступ, то все, мне хана. Но в какой-то момент они меня все-таки уже уговорили: «Мы тебя отпустим, статью маленькую нарисуем, только дай доступ». А я понимаю, что у меня дети дома одни и что что-то надо с этим делать. И я согласилась, — вспоминает она.
Дальше, по словам Анастасии, силовики стали смотреть ее переписки в Telegram, проверять лайки в Instagram и так далее. Все увиденное комментировали: «Нельзя так делать, нельзя, вы чего? Это статья».
— Я говорю: «Так там женщина рассказывает о том, что ей тяжело живется, что у нее ребенок с инвалидностью, ей собирают деньги». — «Нельзя, это статья», — пересказывает диалог собеседница.
Спустя какое-то время, вспоминает женщина, она не выдержала: «беседа» затягивалась, дети все еще были одни. Тогда она попросила позвонить подруге, чтобы та присмотрела за ними, — телефон дали. Но перед тем, как отдать его назад силовикам, Анастасия заблокировала экран — и снова отказалась называть пароль. Тем более что за детей уже была спокойна.
— Они поняли, что затупили в этот момент, дав мне телефон. Может быть, тот, кто дал позвонить, по шапке получил потом (но я этого уже не знаю), — рассказывает она. — И вот сижу опять в этой клетке, они заходят периодически и меня пугают, что посадят. А потом заходит кто-то в погонах (не знаю, новый или нет, потому что там очень много людей менялось) и говорит: «А давайте дружить?» Я сижу и просто не понимаю: ты шутишь сейчас или нет? А он такой: «Ну, все, мы вас отпустим, мы все почистим».
После этого Анастасию действительно отпустили, толком ничего не объяснив и не выдав никаких документов. Что это было, она так и не поняла, признается беларуска.
«Окликают по имени, поворачиваюсь — за руки хватают и пихают в машину»
Дальше несколько месяцев беларуску не трогали — казалось, случилось недоразумение. Но в августе 2025-го раздался звонок — на той стороне была милиция. Ей сказали, что владелица дома, который беларуска снимала ранее, написала на нее заявление из-за пропавшей техники и нужно срочно явиться в участок. Сделать этого сразу женщина не могла, о чем и сказала по телефону — в ответ вместо объяснения получила угрозы.
— Я испугалась очень сильно, помня, что происходило весной. Решила, что, наверное, мне может помочь, если я сейчас запишу видео в Tik Tok, что вот такая вот ситуация, что меня прессует милиция и мне говорят, что меня посадят, — рассказывает Анастасия. — Уже на следующий день мне снова позвонили из брестской милиции и сказали о том, что я завтра должна явиться. Говорю: «Хорошо, я приеду, без проблем».
На следующий день утром женщина зашла в магазин, а после этого планировала ехать в отделение. Ни то, ни другое сделать не получилось:
— Уже заходя в магазин, слышу, как окликают по имени и фамилии. Поворачиваюсь — и меня просто за руки хватают и пихают в машину. Я пытаюсь как-то уворачиваться, прошу объяснить, кто они (потому что люди были не в форме, и машина тоже без опознавательных знаков). То есть вроде как логично, что это милиционеры, но я же вообще не знаю, кто они такие. Говорю: «Можете представиться?» Он: «Мы ничего не обязаны», и все вот в этом роде.
После этого Анастасию посадили в машину и надели ей наручники. Какое-то время никуда не ехали, а окно было открыто. В тот момент, вспоминает беларуска, она вообще не понимала, что происходит: то ли ее сейчас увезут и посадят, то ли «вообще убьют».
— И я думаю, надо что-то делать. Рядом как раз ларек стоял с овощами, в котором я иногда что-то покупаю, продавщица меня знает. А я сама по себе не такая большая, думаю: сейчас попробую в это вот окошко высунуться и покричать. Может, получится что-то сделать, — рассказывает беларуска. — Вылезаю, а один из тех, кто в машине сидел, меня за ноги схватил и пытается обратно запихнуть. Я начинаю кричать: «Люди, помогите!» Вот эта вот женщина из ларечка подошла: «Что вы делаете?» Ну они ей корочку и показали.
«Что-то ты фильмов пересмотрела. Это тебе не Америка. Здесь такого не будет»
На этом попытка «побега» Анастасии закончилась, и ее отвезли в отделение. Там беларуска, уже подготовившись, требовала возможности позвонить адвокату, на что все время получала один и тот же ответ: «Потом позвонишь».
— После того как уже завели в кабинет, я последний раз спросила: «Когда вы мне дадите возможность позвонить адвокату?» И какой-то милиционер (вроде бы начальник) говорит: «Что-то ты фильмов пересмотрела. Это тебе не Америка. Здесь такого не будет». И тут я поняла, что позвонить не дадут, — рассказывает она. — Изначально же меня вызывали из-за того заявления, но уже оказалось, что дело в том TikTok, который я выложила за день до этого. Мне так прямо и сказали: «Вот, твое видео дошло до министра какого-то, и вот он мне в четыре утра позвонил». Ну не такими словами, конечно. Он прямо орал: «Вот, из-за тебя мне позвонили, отчитывали». Якобы если бы не это видео, никто бы меня не трогал. Но не знаю, насколько это правда.
@capitoshka01 #брест #беларусь #милиция ♬ оригинальный звук — Capitoshka01
Выразив свое возмущение, силовики решили поработать над восстановлением репутации — Анастасии было сказано записать второй ролик с опровержением.
— Я говорю: «Слушайте, вы понимаете, что люди не дурные, они же видят и все понимают». Но они такие: «Вот нам надо». И сказали, что после этого отпустят (а у меня дети дома, я же просто в магазин шла), — рассказывает женщина. — Тем более что они снова про детей стали говорить — для них это вообще норма, как я понимаю. Спрашивали: «А на детей вообще плевать, да?», «Тебе вообще все равно на детей?», «Ой, бедные дети, это ж надо, такая мать». Потом еще «успокаивали»: «Ну ничего, о них позаботятся, не переживайте. У нас сейчас хорошие детские дома». Поэтому я согласилась.
На странице собеседницы в TikTok сохранился ролик, где она говорит, что сотрудники милиции «ведут себя вполне замечательно, никто не прессует», а «никаких угроз не поступало». Правда, после этого женщину не отпустили, как обещали, — в ее телефоне нашли сообщение с видео одного из «экстремистских» каналов, которое она переслала знакомому. Этого оказалось достаточно, чтобы обвинить Анастасию в «распространении экстремистских материалов».
— Мне сказали: «До суда посидишь, а там уже что судья решит». Это было во вторник, и до пятницы я была в изоляторе. Ситуация вообще стрессовая: я в тюрьме, что с детьми, непонятно, звонить не дают. Еще была в легкой одежде совсем, ночью от холода стучали зубы, — вспоминает она. — Еще и будят постоянно, спать толком не можешь. Состояние было ужасное, я постоянно плакала, думала, что мои дети могут оказаться в детском доме просто из-за какой-то непонятной ситуации. Я же ничего не сделала.
В пятницу Анастасию отвезли в суд — там признали виновной по ст. 19.11 КоАП и дали штраф в 420 рублей. Кроме того, у женщины конфисковали телефон как «средство совершения правонарушения». Из-за этого даже не было возможности позвонить. Выручил конвоир — Анастасия набрала подруге с его телефона и выдохнула, узнав, что та забрала детей к себе. О том, где была мама, малышам рассказали только недавно, уже когда все выехали из страны.
— Когда я вышла, мне все говорили: «Да не может такого быть, чтоб тебя задержали», — вспоминает она. — Но вот так. Я не знаю, почему они это сделали. Может, просто запугивают так.
По ст. 6.6 КоАП женщин с несовершеннолетними детьми не могут задерживать на «сутки». Оставить Анастасию в ИВС силовики могли только в нарушение закона: например, сделать вид, что она не сообщала о детях. Либо формально задержать ее по уголовному делу, а после переквалифицировать его.
После выхода на собеседницу навалилось множество бытовых проблем: нужно было съезжать со съемной квартиры, которую как раз продали, заплатить штраф и сумму за «проживание» в ИВС, приближался учебный год. Из-за этого в моменте даже не было времени переварить то, что произошло, и пожалеть себя после пережитого.
— Причем за этот «санаторий» я решила сразу не платить. У меня есть бывший муж, у которого долгов выше крыши, и никто ничего не делает. Я и думаю: «Буду платить там по паре копеек в месяц, и меня никто трогать не будет, как и бывшего». Проходит, наверное, недели три после суда, и мне звонят из ОПИ: «Здравствуйте. А вы собираетесь платить или нет?» Мол, «с вашей статьей нельзя так», и, если не заплатите, заблокируют счета, что-то такое.
«Показушно — да, все спокойно. Но за фасадом непонятно, что происходит»
Хотя Анастасия всегда понимала, какая в стране обстановка, после второго визита в милицию страха в повседневной жизни стало гораздо больше. Вплоть до того, что случайно встреченный в магазине человек в форме вызывал тремор и панику.
— А как-то мы с детьми вышли из подъезда, и там стоял бусик с надписью «102». Старший спрашивает: «А что это?», а я стою и боюсь, — вспоминает она. — И так постоянно, выходишь из подъезда и переживаешь, что сейчас что-то произойдет. Вроде смотришь по сторонам — все нормально. Но в то же время понимаешь, что просто за лайк могут посадить. Вокруг какая-то показуха, я бы сказала. Показушно — да, все спокойно. Но за фасадом непонятно, что происходит.
Этим летом Анастасии снова позвонили из милиции. На этот раз якобы как свидетельнице по делу о жестоком обращении с животным. О чем идет речь, женщина даже не поняла, ничего подобного не видела. Испугавшись, что все обернется как в прошлый раз, сказала, что сейчас не в Бресте — и стала готовиться к отъезду.
— Потому что было непонятно, чем все закончится и что от меня хотят, — объясняет она свое решение. — Я еще в том году хотела это сделать, но, видимо, морально не была готова. Вышла после суда и такая: «Ну все, больше никто меня трогать не будет». Так себя успокаивала.
Но после внезапного звонка от силовиков снова стало страшно. Доходило до того, что беларуска боялась сама искать в интернете информацию о документах для эмиграции, о том, как устроиться на новом месте. Просила друзей за границей делать все это — и они уже присылали ей все через мессенджеры.
— Ты не понимаешь, как работает эта система, могут тебя как-то найти, не могут. Поэтому, прочитав все, сразу удаляла, — объясняет она. — В общем, где-то месяц-два у меня был на сборы. Вещей я почти не брала: решила, что чем меньше мы всего возьмем, тем лучше, меньше подозрений и внимания на границе. Единственное, собрала все документы, закрыла дела.
В середине сентября Анастасия с двумя детьми пересекла границу — и уже немного обосновалась в Литве.
— Было очень страшно решиться. Но сейчас смотрю, столько чатов эмигрантов — добавилась, как приехала. И люди пишут: «Обращайтесь, с вещами поможем», с бытовой техникой, просто на кофе сходить зовут, морально поддерживают. Пока еще шок, надо привыкнуть, с документами разобраться — и вот тогда уже начнется жизнь.
Поблагодарить за статью